Известно, что вновь, как и много лет прежде,
В портовый мой город придут холода.
Накину пальто на уставшие плечи.
В котомке встряхну молодые года.

Мы прожили день. Поникшее лето
Сырые ветра из дворов подмели.
И сыпятся листья карминного цвета, —
Кружат, обезумев, с ветвей мотыли.

Дома, окна, лица, сердца – огрубели…
Злых улиц унылые сети дорог…
Орут «петухи» босяцкие трели.
Я здесь полюбить так и не смог.

Трущобы – могила! Я в них умираю.
В маршрутке лечу к нелюбимой в постель.
Средь грубых пожарищ свечой истекаю.
Погубит меня проклятая мель.

Но листьям – пора! – плед до снега шить.
Вскричали они, если б могли:
«Как хочется жить, жить, жить!»
Кружат, обезумев, с ветвей мотыли.